Метадон белоснежный
И да, в этой истории меня звали Наркоманом Рэпером.
Со временем я присоединился к тусовке, где продавались закладки на каждом углу. Были там и мои братья по несчастью, которые разделяли мое упоение накуренными сигаретами и примеривали на себя новые формы пустоты. Я видел, как они втыкались в этот баян, как крысы ползли за своей дозой, как тишка смывала с них последние капли надежды.
Но, братцы, мне не хотелось быть таким баяном, который идет на поводу у этой гадости. Конечно, я любил обжигать свои ноздри кокосиком и вдыхать аромат запретной конопли, но я не хотел быть пленником этого мира наркомании.
Я постоянно нюхал этот яд, ощущая, как он распространяется по всему моему телу, принося мимолетное удовлетворение. Но это было подобно тому, как крыса пьет из открытой бутылки – мало, не долго и безо всякой настоящей радости. Я понимал, что такими темпами я скоро погибну. Я рассчитывал на свою хитрость и мою способность разводить парней на деньги. Знаешь, это была моя миссия – использовать людей, чтобы выжить.
Я начал встречаться со старыми и новыми знакомыми, зарабатывая их доверие и вытягивая деньги из их карманов. Я был настоящим кардшарком, играющим в моем любимом слизном казино жизни.
Я собирал последний кусочек старой тишки, которая висела на моей спине – прямо в этой истории. Все, что мне было нужно, это немного времени и умения убедить людей, что я был тем, кто им нужен.
Однажды я встретил парня под ником Джимми. Он был готов купить мои закладки – своего рода «проходной билет» в мой мир. Я улыбнулся, пожал его руку и начал плести свою паутину. Через неделю он уже был моим постоянным клиентом.
Я обещал ему ни единой секунды скуки, ни единого момента, когда его сознание погружается в бездну своих мыслей. Я наполнил его мир цветом и звуком, принося ему ту интенсивность, которую он так долго искал. Вместе мы создавали музыку из наших грязных улиц и грязных мыслей.
Но, братцы, я не мог продолжать это вечно. Я был на грани разрушения, и каждая прокуренная закладка приносила мне все меньше радости.
По мере того, как все больше парней разводилось на мои закладки, я начал понимать, что это было напрасно. Разве я мог радоваться, когда видел, как эти люди теряют себя в этом упадочном мире? Разве я мог радоваться, когда знал, что я причина их гибели?
Братцы, я оставил за собой этот поганый баян и сделал последний шаг к своему исцелению. Я понял, что этот мир не для меня. Я хотел быть настоящим рэпером, который будет вдохновлять молодежь, а не погружаться в темноту своих демонов.
Сегодня я стою на этой сцене, снова вдыхая воздух свободы и создавая музыку, которая отражает мое истинное «я». Я понял, что быть молодым и безумным не означает быть погруженным в наркотический завал, а быть настоящим рэпером означает быть способным идти вперед, несмотря ни на что.
История моей зависимости – это баян, который я играю для вас, моих братьев и сестер. Надеюсь, что вы не повторите моих ошибок и найдете свой путь к истине и свободе. Оставьте в прошлом эти закладки и крысы, и вместо них выберите музыку и любовь.
Э, сука, покурим, походу день будет весёлый. Все мои бро, гопнутые наркоманы, собрались у нас на общемайской площадке. Тут и наркота погоняется, и дегенераты все собрались. Ну, естественно, меня нет, шо за дела. Думается мне: "Ну, и хуй с ними". Лежу на подоконнике, высунул ноги, расслабился, ползу по сети в телефоне. Щас бы закладки валять, да ценник ностальгии по 2000-му году роняю. Блядь, надо что-то придумать, чтобы укуриться по-полной.
И тут песец. Ватрушили соседи, узнав что я свободен, на телеф. Говорят типа: "Купили метадон, катайся с нами на катамаранах по канализации, пиздец кайф". Ну, сука, коломбийский городок в штанах. Сразу же согласился, не мудрствуя лукаво. В такие моменты не раздумываешь, а просто сваливаешь.
Хуяк, бля. Барыга мне нашёл места, где можно купить закладки. Охуеть, ещё и на доставке кидал бесплатно. Ладно, думаю, самое время чекнуть, что у нас там в арсенале. Целують руку краженная, вареный нашлися, какой-то синяк. Ебать, улететь можно от такого зоопарка. Не верится, но, пиздец, я мастер спорта по нахлебничеству. Наверное, потому что я такой красавчик.
Занимаемся пристрастиями, как зайцы на скоростях, без времени на диарею. Бросают мне в руки этот колумбийский дар. "Теперь, братан, ты будешь насыщаться наркотическим опьянением из первых рук", - хоронят говнорвоты меня.
Понеслась. Летим, как чумные, смываемся нашей с ментами мирной канализацией. Кстати, я охуеваю, вся наша шпана как армия мравьев, лезет по жопе на то время, как мы плаваем. Это просто пиздец, такого я ещё не видел. А мы давай задонатить, пожертвовать, короче, курнуть метадону и воды в бочонок. И плаваем так, сука, не забывает. А жизнь прекрасна, особенно подопытная.
Чувствуется, что мои метадоновые братьячки тоже ощутили, что пожарная опасность. Плаваем мы такие, потом плаваем... думаю, надо законспирироваться, а то сука деятельность у нас горит на всю мощь. Великими гопниками становимся, ловим рыбу в ведро, в клубочек наматываем уловищи вкинутого метадона.
Уже вечереет, когда, наконец, сползлись на свои пьяные попы на ближайшей берегушке. Смотрю на своих бро, а они все счастливые, сияющие глазами, в глазах не зеркало, но сука кайф. Тут и начался человеколюбивый сеанс дегустации наркоты. Окружили бочонок, взмывали с его ревержи и кайфовали на всю округу. Охуенно, бля, чувствуешь себя таким актометром, что мать родила.
Что тебе сказать, бро... отличный день был. Мы на катамаранах по канализации плавали, метадончик впахивали. Я... нахуй, бляха, даже не помню, как я домой упорхнул. Наверное, ты тоже такое с такими штучками переживал. Всё равно, это был хардкор в чистом виде, и чего-то мне кажется, что мы еще повторим это.
И вроде как это нас ебёт весь мозг, но сука, это всё, что для нас есть. Мы такие гопники, мы такие наркоманы, и наше умственное состояние лежит на дне канализации, но нам насрать. Мы кайфуем на своих катамаранах и летаем по миру насущных проблем. Ну, и хули, нам нравится такая жизнь, такой кайф.
Чё, дискорд?
